РЖАКА

187 275 подписчиков

Свежие комментарии

  • Александр Леготин
    Блондинки! Если ...
  • Николай
    Ну, теперь заживут.Глубокие вопросы
  • Белые Ночи
    Помню китовые консервы. Купил на пробу баночку. Очень понравились. На следующий день зашёл в гастроном ещё взять, но ...Китовое мясо. Кто...

Клуб одиноких сердец

Из расстегнутой до половины куртки выглянула на свет плутоватая мордашка кошки. Оглядев всех зелеными глазами, она высунула лапу, ловко закогтила кусочек колбаски с бутерброда и вновь спряталась…

Петрович поднялся затемно. Нет, никаких важных дел на сегодня он не наметил, напротив – дел никаких не было вообще. Проснувшись ночью, он долго прислушивался к звуку падающих капель из крана, наконец, не выдержав, встал с постели, прошлепал босыми ногами на кухню и затянул кран плотней.

Уснуть вновь уже не получилось. Поворочавшись в постели час-другой, он поднялся. За окном пролетал мокрый снег, дворник Ибрагим уже шуршал метлой, сгребая оставшиеся листья в мокрые кучи.

Шестьдесят семь лет жизни пролетели, как один день. Все годы неуемная энергия Петровича не давала ему скучать. В институтские годы – незаменимый член команды КВН, затем аспирантура, статьи в научном журнале, авторские свидетельства на изобретения, защита и степень кандидата технических наук венчали его изыскательскую деятельность.

Потом - долгие годы преподавательства в родном институте и выход на пенсию. Точка! Вот эта точка и разделила жизнь на «до» и «после». Не представлявший жизни без Альма матер, Петрович быстро сник.

Все интересы остались там – «до», «после» они уже были ни к чему.

От дружной семьи остался сын, в прошлом успешный инженер, в девяностых ушедший в политику и изредка мелькавший в телевизоре. От общения с отцом он уклонялся, откупаясь от него денежными переводами. И на том спасибо – решил Петрович и не лез к сыну, не одобряя его, но и не мешая.

За окном начало светлеть. Отринув тупое безразличие, Петрович взялся наводить порядок в квартире. Этот ежедневный ритуал времени особо не занял. Почистив заодно холодильник, он обнаружил в нем застарелые, почерневшие от времени кусочки мяса и решил скормить их подопечным Ибрагима.

У того в дворницкой всегда обитали три-четыре хвостатых питомца. Отварив до готовности и остудив на окне, он сложил кусочки в полиэтиленовый пакетик и отправился к дворнику.

Ибрагим, отдыхая после утренней уборки двора, сидел за столом и пил чай из пиалы. На кровати, поджав под себя лапки, лежали три кота и с подозрением посматривали на вошедшего.

- Салам, Ибрагим, – поздоровался Петрович.

- Здравствуй, Петрович, здравствуй, дорогой. Садись, чай пить будем, – пригласил тот старого знакомого.

От чая Петрович отказался, но присел.

- Как твое здоровье, дорогой? – интересовался дворник. – Давно не заходил, говорили, будто в больнице был. Что случилось?

- Уже лучше, Ибрагим. Наше здоровье – штука нежная. Чуть что не так – вот тебе и проблема. Вот возьми, угости своих жильцов, – подал он пакетик с кусочками вареного мяса. – Заветрилось, почернело, а выбрасывать жалко. Твои животинки съедят.

- Съедят, - согласился Ибрагим.

Он высыпал угощение в миску. Из-под кровати шустро выскочил котенок и кинулся к еде. Выудив кусок побольше, он начал рвать его зубами, прижав одной лапкой к полу.

Коты лениво спрыгнули с лежанки и, подойдя к миске, первым делом отогнали от нее мелкого. Тот снова скрылся под кроватью, не забыв прихватить недоеденный кус.

- Сегодня нашел маленького, – объяснил Ибрагим. – Плакал на крыльце у подъезда. Кто-то выкинул. Совсем злой народ стал, чем котенок помешал? Разве он много съест или много места займет? А ведь он - живая душа, никому плохого не сделал…

*****

…Петрович накинул шарф, надел пальто, шляпу. Прихватил зонтик и, напевая вполголоса: - «Московская осень, Московская осень…», спустился по лестнице. Мокрый снег перешел в дождь, зонт пришелся кстати. Старательно обходя лужи, он двинулся в небольшое кафе, расположенное в соседнем доме.

Обычная городская «Стекляшка» вечером заполнялась молодежью, а днем, после обеда, здесь собирались публика под стать Петровичу – одинокие пенсионеры в поиске общения. Ограниченный бюджет не позволял шиковать, но бокал недорогого вина и легкую закуску время от времени можно было себе позволить.

«Старый бармен нальет в тонкий стакан вина…» - мурлыкал Петрович под нос, подражая интонациям Саши Иванова. Зал кафе радовал уютом и теплом.

Заплатив за бокал «Кинзмараули», он отыскал взглядом Сергеева – старого знакомого, бывшего инженера радиозавода. Тот уже маячил ему рукой, указывая на свободное место - напротив. Поприветствовав друг друга, они обменялись дежурными фразами о погоде.

- Скажи, Петрович, ты задумывался о том – что дальше? - неожиданно спросил Сергеев. Этот вопрос Петрович уже задавал себе, и всякий раз ответ его не радовал.

- Дальше? Дальше, как у всех, – Петрович сделал освежающий глоток. – Сначала – отдохновение от суеты, потом – покой, потом – приемный покой, а уж потом – вечный покой.

- Грустно, – вздохнул Сергеев. – И обиднее всего то, что исключений не предвидится. Как ты думаешь – на какой стадии мы сейчас?

- На стадии покоя, – уверенно ответил Петрович.

- Похоже на то… - согласился Сергеев.

- Разрешите присесть?

У столика остановился пожилой мужчина, почти старик. Шевелюра его отливала платиновой сединой. В одной руке он держал стакан чая, в другой блюдце с бутербродом.

- Сделайте одолжение, – вежливо пригласили его собеседники.

- Прохладно сегодня, – сообщил новый сосед. – Приятно согреться чаем и поддержать беседу. Я, собственно, слышал, о чем вы говорили, и хотел бы высказаться на эту тему.

- Будем признательны, – согласился Петрович.

- Излагайте, – поддержал Сергеев.

- Вы, помнится, говорили, что находитесь на стадии покоя, за которым ожидаются следующие необратимые события? – старик поглядывал на собеседников серьезно, без тени насмешки.

- Совершенно верно! – кивнул Петрович, Сергеев последовал его примеру.

- Так вот. Если, конечно, вы собираетесь слепо следовать по начертанному вами маршруту, то покой, насколько я понял, конечная станция относительного благополучия. Дальше – приемная…

- Приемный покой, – мрачно поправил его Петрович.

- Да, да, конечно. И промежутки между станциями будут сопровождаться обидами за свою ненужность, потом беспричинная злость, зависть, депрессия, в конце концов! Как вариант – поиск истины на дне стакана. Поверьте медику со стажем! И основная причина этому – мысль, что мы никому не нужны. А дело ведь не в том, что мы никому не нужны, а в том, что нам никто не нужен! Отсюда он – этот покой, самоуспокоение и ни к чему не обязывающее общение здесь, в клубе одиноких сердец. Нет, я не против общения, оно необходимо и отдаляет все остальное. Но все остальное - это недуг, друзья мои.

- А что нам еще остается? – Петровича начинал раздражать этот разговор. - Есть метод лечения этого недуга? Если Вы медик – то должны знать.

- Есть! – радостно улыбнулся старичок.

Он расстегнул широкую кожаную куртку, которую так и не снял, войдя в кафе. Из расстегнутой до половины куртки выглянула на свет плутоватая мордашка кошки. Оглядев всех зелеными глазами, она высунула лапу, ловко закогтила кусочек колбаски с бутерброда и вновь спряталась.

источник фото: goodnewsanimal.ru

- Вот пройдоха! – Петрович и Сергеев развеселились. Мрачные мысли растворились, будто их и не было. Раз за разом они скармливали кошке кусочки колбасы и смеялись, словно дети.

- Это и есть лекарство, – старичок ласково поглаживал свою спутницу. – Я ей нужен. И она мне тоже.

Кошка согласно мяукнула и ткнулась носиком ему в щеку…

«Не в том беда, что мы никому не нужны, а в том, что нам никто не нужен», - повторял Петрович слова случайного собеседника и все более и более убеждался в его правоте.

По дороге домой, уже в сумерках, он зашел к Ибрагиму. Тот по обыкновению предложил ему присоединиться к чаепитию.

- Ибрагим, где твой утренний найденыш? Отдай его мне на воспитание.

Тот внимательно посмотрел на Петровича, потом достал из-за пазухи малыша и подал Петровичу. Малыш таращил испуганные глаза, пытался улизнуть, но поняв, что ничего плохого ему не сделают, успокоился, доверчиво прижался к Петровичу и замурлыкал.

- Пойдем домой, малыш. Пойдем. Вдвоем нам будет веселей.

Он шел, ласково поглаживая котенка, и чувствовал, что его жизнь изменится. И не только у него, а ещё у этого маленького, беззащитного существа…

- Умный мужик – Петрович, – говорил своим котам Ибрагим. – Догадался, что плохо совсем одному. Когда человек совсем один – вокруг мало радости. А с таким маленьким хвостиком и в квартире теплее станет и на сердце. Болеть совсем незачем будет.

Автор ТАГИР НУРМУХАМЕТОВ

Картина дня

наверх